kodak2004

- Как вы можете охарактеризовать ситуацию с экспертизой в целом? Что сейчас происходит с профессией?

- Я бы охарактеризовал ситуацию так: вырождение в зачатии. Подавляющее большинство молодых экспертов профессионально доношенными назвать нельзя. Это я вам как эксперт с тридцатилетним стажем говорю. Это жутко. Это просто страшно. В целом, примерно в 70% случаев экспертиза устойчива. Она не без греха, но она на уровне троечки с плюсом: более или менее соответствует нормативно-правовым актам, написана правильно. Нельзя сказать, что это черная продукция – она серая. Но вот остальные 30%…

Классика – Ставропольское судебно-медицинское бюро. По моему мнению, его руководство лет пятнадцать на свободе в долг ходит. Они по-иному не умеют уже. Я давал экспертное заключение в рамках уголовного дела по факту издевательств над Вячеславом Мерехой. Его мать сама вызвала полицию – он пил.

Четыре участковых, четыре здоровых мордоворота, задержали мужика. Били. Мало показалось. Мочились на него – мало показалось. Сняли штаны, вогнали швабру в прямую кишку. Порвали кишку.

Что пишет ставропольский эксперт? «Нет, там не было введения швабры. Это был удар в живот. Кишка лопнула в силу гидродинамических свойств». Бред полный! Тупая травма с такой топографией размещения повреждений невозможна – она противоречит всем анатомическим свойствам человека. Без повреждения мочевого пузыря, без повреждения лона, без знаков травмы снаружи – невозможна. Хитрили, лгали, изворачивались. В деле было две альтернативные экспертизы – из ООО «124 Lab» и из Российского Центра судмедэкспертизы Минздрава. Обе однозначны – так не бывает. Так на этого Мереху потом еще и покушение было. Его прооперировали, он ходит с этой фистулой, выведенной из брюшной стенки… Что вы думаете? Его еще ножом пыряют. Ну, жуть. Жуть.

- Что вы скажете по поводу педоистерии в стране? Судя по риторике, на Россию обрушилось педофильское цунами. Каков реальный процент дел о педофилии в вашей работе?

- Ничтожен. Это очередная кампания по поиску врагов. Вот возьмем известный случай с Владимиром Макаровым, осужденным за якобы развратные действия с собственной малолетней дочерью. Дело, на котором прославилась детский психолог Лейла Соколова, которая увидела в кошачьем хвосте что-то свое.

Я давал по нему заключение тоже. У ребенка на одежде обнаружили наложения ПСА-антигена. Простато-специфический антиген. Эксперт трактует это как сперму. С какой радости? ПСА-антиген – это то, что выделяется у мужчин, извините, с мочой. Руки после туалета не помыл, прикоснулся к одежде ребенка – он останется в качестве наложения, он очень маркий. Повторную экспертизу в рамках этого уголовного дела проводил Павел Леонидович Иванов, руководитель отдела молекулярно-генетических экспертиз, заместитель директора Российского центра судебно-медицинской экспертизы Минздрава. Тот самый, который проводил исследование останков царской семьи. В нашей стране выше него только звезды. Он дал заключение: все, что вложено в обвинительное заключение, противоречит науке вообще. Однако следствию, прокуратуре и суду это по барабану. Человек сидит. Вот вам и вся педофилия.

- Подводя итоги: судмедэкспертизы в стране больше не существует?

- Нет, это слишком громко. Но процессы, которые в ней идут… Системный распад, я бы так сказал. Мы вообще живем в жуткое время.

http://rusplt.ru/society/xgumator.html